Продолжение банкета.

То есть, конечно, портрета: Мышилла как она есть... нет, конечно, как она была.
Ретроспектива.
Серьезная девочка yeho  была серьезна и положительна абсолютно в меру. Хотя со стороны порой казалось, что это совсем прям невыносимый белый и пушистый ангел.
Две наши знакомые старушки дамы послебальзаковского возраста как-то, пригласив меня на урок школы злословия чай (а старушки такие особы меня вообще почему-то очень любят), принялись обсуждать,  что за молодежь пошла. Молодежь, понятное дело, вся поголовно, кроме  Мышиллочки, крестницы одной из дам, пошла совершенно на фиг, вразнос, лесом и дальше не туда.
( А куда?.. )

Слово о словах.

Что я очень-очень люблю, так это слова. Филолог я - по образованию и до глубины души.
А моя ехидна очень-очень любит те слова, которые не на месте.
И мы  с ней собираем такие вещи - из серии "сам не понял, что сказал". Теперь вот будем сюда записывать: и чтобы не забыть, и всем на радость.
А слова - они же у нас со всех сторон...
Пошла я минут десять назад на Мейл.Ру: ящик у меня там, и поэтому.
Большими буквами нарисован заголовок "Медведев: это невыносимо!"
"Смена власти? - встрепенулась ехидна. - Или это такая свобода слова?"
Двоеточие, впрочем, явно указывало, что это обычное "сам не понял, что сказал", и только это двоеточие может уберечь райтера того заголовка от, ну, наверно, не репрессий, но нагоняя и лишения премии, если там таковые бывают. А было б тире, а?..
Отвлекшись на пять минут, я снова пошла на Мейл.Ру: заголовка не было. Значит, они поняли-таки, что сказали, и уже выгнали того райтера...
А сменивший его на посту три минуты назад написал на том же святом месте, чтоб ему пусту не бывать: "Медведев: это издевательство!"
Это оговорки по Фрейду или где?
ЗЫ. Пойду посмотрю: может, чего покруче написали?
ЗЗЫ. У меня теперь Мейл.Ру вообще не открывается! Все открывается - кроме него! Совпадение? Или... Большой Брат смотрит на меня?

Винни-Пух FOREVER!

У нас тут в Турции своя мифология.
И немалое место в ней занимают такие героини всех времен и народов, как русские женщины.
Прямо не сходят с Олимпа. А если уж сходят...
На днях моя средняя дочь сошла, вышла прогуляться и поведала...
Мы тогда были на даче, а в том районе очень много англичан и практически нет других иностранцев. Поэтому всякий инако-где-то-спикавший автоматически зачисляется в англичане. Соответственно автоматически же, по умолчанию, принимается за аксиому предположение, что по-турецки он понимает, как глухонемой, и выговорить на чисто-конкретно-турецком может только заказ в ресторане: "Гамбургер и кола!"
Итак, идет сошедшая с Олимпа девица, намереваясь провести время на качелях. Девице четырнадцать, но крылатые качели еще летят, летят, летят... нет, не тут-то было: на них, крылатых, сидят две малявки лет по двенадцать и натюрлих не собираются уступать ни одну качель такой взрослой тетке. Знают они эту тетку, видали, как она в бассейне рассекала и на сестру мелкую орала на иностранном наречии.
По умолчанию (образование тут у нас такое... новорожденное) иностранное наречие принимается за английский, следовательно, при тетке, присевшей на детскую карусельку рядом, можно говорить все, что хошь. И они говорили.
"Слышь... это... давай мы сейчас пойдем так круто... мимо кафетерия... там те ребята сидели..." - "Да ты что?! И он?! Пойдем..."
Заветная качель забрезжила на горизонте, и глухонемая иностранка навострила ушки.
"Да ты слушай... мы так вот круто пойдем... а после каждого слога будем говорить "ша" или "ши"... понимаешь?" - "Ага... типа это... "где-ша вы-ши жи-ша-ве-ши-те-ша?" мы так в школе... только не "ша"... а на фига?" - "Как на фига?! Мы так вот, значит, круто пойдем, а они услышат и...."
Дальше я предложила бы вам придумать продолжение фразы, но ехидна сегодня устала, а я сама по себе добрая.
"... а они услышат и подумают, - в восторге от собственной изобретательности и крутизны вещала местная смуглянка, - они, конечно же, подумают, что мы - русские!" - "А-а-а... а на фига?" - вторая смуглянка была не из понятливых. - "Да как на фига?! Все знают, что русские девушки самые красивые в мире!"
Занавес.
Пчелы, конечно же, подумают, что я маленькая черная тучка, правильно?
А четырнадцатилетняя тетка, оказавшаяся неожиданно для себя героиней мифа и одной из самых красивых девушек мира, уселась на освободившуюся качель, благородно решив не портить козявкам праздник и не проходить мимо того кафетерия с криками: "Я - ша! - самая - ши! - настоящая - ша! - принцесса на горошине русская красавица - ши!"
Потому что разве знаешь, что пчелам в голову придет?