ya_exidna: манул (Default)
[personal profile] ya_exidna
Поскольку сегодня "Женский день", то, скорее всего, вся френдлента будет в цветах, а я вам вместо этого подарю страничку "женского" чтива. Знаю, что некоторым, уже читавшим, это интересно, а значит, может считаться подарком, правильно? :)
У нас в Измире восьмое марта - обычный рабочий день, хотя женщинам тоже дарят цветочки и поздравляют, но не так бурно, как на исторической родине. :)
А погода сегодня... мы как чувствовали, что "восьмомартовский" пикник надо провести заранее!
Ибо сегодня не погода, а непогода - настоящая, серая непогода, с дождём, тучами, громом-молнией... тоже красота, я такую люблю!
Потому что осень люблю больше весны.
И роман у меня осенний - хорошо бы за лето его дописать.
Выбрала отрывок - специально для восьмого марта: о таком... особенном отношении к женщинам, вроде как хорошем и даже правильном, и персонаж у меня хороший (вы его ещё мальчишкой помните, да и потом он ничуть не хуже!), но вся эта "классика жанра"... впрочем, сами читайте, а текст я ещё буду не раз редактировать, это пока черновик - посмотрим, что останется.

- Нин, ты прости, - сказал Серёжка, следя за движением дворников на и так чистом стекле, - но мне кажется, что у тебя на всё как будто какая-то пелена тонкая накинута, типа занавеска… чёрт, я непонятно выразился! Но вот как будто между тобой и жизнью такая мутная плёнка или стекло грязное, и ты всё видишь сквозь них, понимаешь? И вроде всё видишь, но как-то не так, как будто без очков!
Серёжка вдруг понял, что ему неловко с ней говорить, что он выбирает слова, какие-то чужие слова: он всегда, даже в юности, выбирал слова – для других нет, говорил, да и всё, а Нину вечно старался беречь, не задеть, не обидеть. В этом была какая-то натяжка, неестественность – при всей их давней дружбе, почти родстве, и ему это всегда мешало, он не мог быть самим собой, не мог говорить с ней прямо, разве что совсем в детстве, когда они играли во дворе. Но тогда Нина была просто соседкой, одной из множества таких же девчонок, и он не думал о ней, а когда она вдруг оказалась шестнадцатилетней, то он стал выбирать для неё слова.
И своё поведение как-то подстраивал (чуть-чуть, было даже приятно постараться!), чтобы быть таким, как, ему казалось, ей хотелось.
Та самая мутная плёнка, затуманенное стекло – вроде и прозрачные, но так мешающие видеть! – всегда были между ними.
Или между Ниной и всей жизнью, как он ей и сказал?
И ей бы сделать усилие, протереть всё это, выбраться!
Ведь всё, в сущности, гораздо проще, чем ей кажется, и вокруг столько настоящих жизненных проблем, а она…

- Да… - ответила она, а он привычно прислушался: не обиделась, не заплачет? – Да, что-то в этом есть. Может, ты и прав, я и сама думаю, что всё путаюсь, запутываю, боюсь чего-то… Мераль тоже как ты – ясная такая, прозрачная. У неё всё просто и понятно, она со мной измучилась, наверное. Да и ты… и все! Она хочет, чтобы мы с Кайя поженились и уехали с ней в Париж. А сюда приезжали бы иногда, как на дачу. Там врачи лучше, ему же надо лечиться. А я боюсь…
- Чего ты боишься, Нин? Она права, не мудри ты, не придумывай лишнего! Конечно, вам надо пожениться, вы же всегда… вам тогда ещё надо было – сразу, в Питере, и всё было бы хорошо! У вас уже дети могли бы быть, жили бы себе без всяких этих… посторонних! И они, может, живы были бы!
Этого явно не стоило говорить.
Но она как будто не заметила его оплошности.
- Я боюсь Парижа, Серёж. Я здесь привыкла, я турецкий выучила, мне здесь всё родное.
- Нин, но ты же когда-то точно так же приехала в Измир! Ни языка не знала, ничего! А французский ты всё-таки учила, и он наверняка проще вашего турецкого! И там будут Мераль и Кайя, они тебе будут помогать. Ты привыкнешь… нет, надо же: в Париж она не хочет! Кому сказать – не поверят же, Нин! Смешно же!
- Да, я понимаю, что смешно. Иногда думаю, что надо бы примерить на себя третий город… Ксану нашу вспоминаю: как она в Ленинград приехала. Она мне много рассказывала, как тосковала по Москве, я тут стихи старые нашла, она их хранила*. А я в Измир как-то легко переселилась, не задумываясь, хотя так там и не прижилась, сбежала сюда, в наш дом. Сам знаешь, тут вся жизнь – дом да сад, ну и у моря погулять, это не город. А в Париже всё не так, конечно. Там надо будет как-то искать своё место... среди людей и улиц.
- Ну, во-первых, ты не знаешь, что и как там в Париже, ты там никогда не была, - рассудительно возразил Серёжка. – Во-вторых, ты сама говоришь: переселилась легко, не задумываясь. Ну и делай всё, не задумываясь! Или не слишком задумываясь! А то ты нагородила какие-то… даже не знаю, как назвать… горы всякой не то чтобы ерунды, но Нин, ты всё слишком усложняешь. Вину себе какую-то придумываешь, запутываешь всё… ну честно, Нина, ну нельзя так! В аварии никакой твоей вины, с Кайя вы опять вместе, у вас есть возможность поехать в Париж, свекровь тебя любит, всё же просто замечательно!
- Свекровь… Мераль меня любит, да.
- И Кайя тебя любит! Просто ему сейчас плохо, ни до чего ему, всё болит, и боится инвалидом остаться. Это же так понятно, Нин! Но ты сама говоришь, что он может и выздороветь, а если и нет, то ты всё равно с ним будешь, и надо вам спокойно и нормально пожениться и жить себе… как уж оно получится. И, скорее всего, всё у вас нормально получится, и будете оба счастливы, и…
- И детей заведёте, да?! – Нина разозлилась. Он не говорил о детях, это слово прозвучало где-то раньше, но она так привыкла к этому продолжению, так ненавидела его, что услышала. – Как мне все надоели с этими правильными советами! Замуж, хозяйство, дети… Серёж, у меня не может быть детей, чтоб ты знал! Никогда. И я их, честно говоря, и не очень хочу.
- Не может?! Почему? Ты болеешь, Нин? – поразился, а потом сразу перевёл всё в обычную деловую плоскость, обеспокоился.
Услышал то, что сумел.

Серёжка пытался вникнуть в услышанное.
Вот, оказывается, почему… вот же чёрт, как его угораздило зацепить за самое больное?! Конечно, теперь всё встаёт на свои места: поэтому она такая странная, и всегда была странной. И даже немножко ненормальной… вот всё-таки – да! Права была Настя… вот чёрт!
- Ты давно знаешь? А лечиться пробовала? Ты прости, Нин, что я спрашиваю, но я же не знал… вроде бы сейчас такое лечат и, может быть, в Париже… - он чувствовал, что говорит не то, но нужно же было как-то её утешить, подать надежду. Господи, так вот почему она такая, теперь всё-всё понятно. И даже… тут Серёжка как будто споткнулся о собственную мысль: и даже неудивительно, что у нас с ней ничего не вышло, ведь я так хочу сына, и, может быть, я чуял в ней невозможность этого? И даже к лучшему, что мы тогда не…
- Серёж, не надо об этом. Мне никаких детей не надо, лечиться мне не от чего, это не болезнь. Серген всё знал и был согласен. Родне, правда, не говорил, и меня все замучили этими «когда же дети?». Кайя пока не знает, ему сейчас не до этого, а Мераль знает и нормально относится. Всё, приехали.
Они свернули на ту самую просёлочную дорогу, по которой он всегда ходил к морю.
Со своим воображаемым мальчиком-сыном.
Они встречали грязно-белую собаку… вон она, на старом месте, потом бросали камешки.
Кажется, он даже придумал назвать его Алёшей: он сам Сергей Алексеевич, пусть сын будет – наоборот, как будто по традиции. Ну и что, что у них в семье нет ни отца, ни традиции, одно отчество – должен же кто-то создавать традиции, пусть даже на пустом месте. Значит, с Ниной у него никогда не могло бы быть всего этого.
Пожалуй, хорошо, что он это узнал. И немного жаль, что не знал раньше.

Он смотрел на Нину другими глазами… как ни странно, другими.
Он никогда всерьёз не задумывался, просто не осознавал, что у женщины может не быть детей. То есть понятно, что бесплодие где-то существует, но ему не приходилось задумываться о нём: знакомые девушки, включая Настю, кажется, только и делали, что предохранялись и переживали, как бы не «залететь».
Интересно, что чувствует женщина, если у неё – такое? Нина – ощущает ли она себя неполноценной? Или несчастной? Не может не думать об этом постоянно или уже смирилась и привыкла? Боится, что Кайя поэтому на ней не женится? Но у него и с Натой детей не было – может, ему всё равно? А ему, Серёжке, не всё равно, нет. Он никогда не думал об этом, но сейчас понимал: нет, ему не всё равно, он не смог бы полюбить женщину так, чтобы принять её и свою (по её вине!) бездетность. Впрочем, можно усыновить…
- А ты не думала взять ребёнка из детдома? Говорят, что…
- Нет, - остановила его Нина. – Серёж, мы приехали. И я тебя прошу: давай займёмся другим делом. Я тебя позвала, чтобы ты мне помог. Я хочу разобраться, хочу понять, что произошло, почему они погибли… пожалуйста.
На террасе сидела Мераль.
Сразу встала, замахала рукой, заулыбалась, вышла к калитке – красивая, уверенная в себе. Как всегда, счастливая и доброжелательная.

- Серж, хэллоу! Рада, что вы приехали! – надо было привыкать к английскому.
Мераль говорила просто и понятно, давая понять, что и ей английский не родной, но ничего, справимся, договоримся. Она легко могла бы болтать гораздо лучше: быстрее, с более сложными словами, он не раз это слышал и ценил её такт.
- Хэллоу, Мераль! – когда-то ему хотелось называть её «мадам»: это слово идеально подходило к ней, к её «парижскому» стилю, но она засмеялась и попросила звать её просто по имени. Может быть, хотела чувствовать себя помоложе? Обращаться к женщине её возраста без отчества или какого-то другого почтительного довеска к имени было непривычно, но пусть… раз ей так нравится. – Я тоже рад вас видеть! Вы очень красивая, как всегда!
- А вы… оу, вы теперь с бородой! Стали старше – нет, взрослее! Такой серьёзный, важный, не узнать!
- Вы могли бы прямо сказать: толстый! – засмеялся он.
- Ноу, ноу, вы не очень толстый! Просто не мальчик уже! Али, Кайя, идите сюда, Серж и Нина приехали! Будете пить кофе или попозже сразу ужинать?
Нине повезло, что она рядом – эта умная взрослая женщина.
Она справится со всеми их заморочками, решил для себя Серёжка, она разумно и ясно смотрит на мир. Наверняка всё знает про аварию – надо будет с ней поговорить наедине, без Нины, а потом (независимо от услышанного!) успокоить Нину, убедить её в абсолютной невиновности, сделать вид, что всё выяснил, добавить технических подробностей.
План созрел мгновенно: ещё не хватало действительно требовать чего-то у местной полиции, это же абсурд! Но можно сделать вид… и Мераль будет его сообщницей, и они вместе убедят Нину и Кайя пожениться, позволить себе быть счастливыми, уехать в Париж, лечить Нину от бесплодия, и Кайя лечить, и так далее.
В идеале – до детей и внуков.

Да, сказал он себе, я не могу принять другого идеала, я старомоден, примитивен, патриархален, я иначе не могу. Я нормальный мужчина и хочу любить нормальную, обычную женщину, которая хочет иметь детей. И желательно может. А если вдруг нет, то… ну да, тогда она должна понимать, что не совсем нормальна, и стараться вылечиться, а Нина – вот ведь чувствовал же я в ней что-то этакое? Или это сейчас так кажется, а просто я её давно разлюбил, но из-за вины и ответственности не смог выкинуть из головы?
А вдруг и Кайя думает точно так же? Имеет право… я бы его понял.
Кайя выглядел плохо: пополнел, побледнел – оно и понятно, живёт почти без движения. Серёжка заулыбался и быстро сказал наоборот: мол, хорошо выглядишь, молодец, а я вот теперь толстый и с бородой, что поделать, стареем. И руку пожал, хотя боялся сжать слишком сильно.
- Он потихоньку начинает ходить, - сказала Мераль. – Но много ему нельзя, пусть в кресле своём ездит!
- Много у меня и не получается, ты прекрасно знаешь, - ответил Кайя почти без раздражения.
Нина подошла сзади, обняла его – вместе со спинкой кресла, потёрлась щекой о макушку, поцеловала в висок.
- Всё будет хорошо, ребята! – бодро сказал Серёжка по-русски. – Вот увидите! Главное – вы живы, вы вместе, и всё будет хорошо!
Они – оба – отвели глаза и ничего не ответили.

* Если кому-то вдруг интересно, могу показать часть предыдущей главы: там использованы стихи прекрасной поэтессы Марины Вирта - с её позволения (в ЖЖ она - [livejournal.com profile] ellen_solle


Profile

ya_exidna: манул (Default)
ya_exidna

October 2017

S M T W T F S
12345 6 7
89101112 1314
15 16171819 2021
22232425262728
293031    

Most Popular Tags

Style Credit

  • Style: Caturday - Orange Tabby for Heads Up by momijizuakmori

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 21st, 2017 05:24 pm
Powered by Dreamwidth Studios